Содержание

Миграционный кризис в европе: причины, масштабы, перспективы ЗагранМастер

Миграционный кризис в Европе: причины, масштабы, перспективы развития в 2020 году

Начиная с 2015 года Европу охватил миграционный кризис. Множественные вооруженные конфликты, вспыхнувшие в странах Северной Африки и Ближнего Востока, а также наличие безопасного маршрута вызвали многократное повышение численности беженцев и нелегальных мигрантов, принять и распределить которых Европейский союз оказался не готов. Нелегальные мигранты в Европе создают массу проблем, связанных не только с их количеством, но и с повышением криминогенной обстановки, вызванной поведением переселенцев. Постараемся разобраться в проблеме.

Причины ухудшения миграционной ситуации

Подоплекой миграционной ситуации, с которой пришлось столкнуться европейскому обществу, стала экономико-политическая и национально-правовая нестабильность, захлестнувшая страны Африки и Ближнего Востока. Основным дестабилизирующим фактором стали, безусловно, вооруженные конфликты, в разные периоды обостряющиеся в Сирии, Ливане, Йемене, Ираке, Афганистане и других странах, на территории которых велась борьба с Исламским государством.

Вторым не менее значимым аспектом стало ухудшение демографической ситуации, выраженное в существенном увеличении численности населения этих стран. Их экономика оказалась неготовой полноценно обеспечивать граждан, что вылилось в масштабную безработицу и колоссальный рост бедности населения.

Покидая родные территории, беженцы изначально обосновывались в лагерях, созданных для них на территории Турции, Ливана и ряда других стран. Однако отсутствие денег, работы и социальных гарантий, а также сокращение финансирования со стороны принимающих стран привело к ухудшению ситуации уже в лагерях для беженцев. Все это вынудило людей покинуть места своего пребывания и направиться в более благополучные страны еврозоны.

Этому также способствовало:

  • расширение влияния ИГИЛ и захват террористами дополнительных территорий, что повысило численность беженцев и привело к переполнению мест их концентрации;
  • отсутствие экономических перспектив для мигрантов на родине и в соседних странах;
  • наличие в благополучных европейских странах (Германии, Австрии, Франции) общин беженцев, благодаря которым мигранты в ЕС находят себе приют;
  • обнаружение безопасного маршрута через Средиземное море, позволяющее добраться в Грецию и Македонию;
  • упрощение визового оформления в Македонии, ставшей транзитной страной на пути беженцев в страны Евросоюза и стимулирующей этот поток.

Начиная с 2015 года эти факторы привели к резкому повышению численности беженцев, находящихся на территории Евросоюза. Но непосредственно кризис мигрантов в Европе был вызван также и субъективными причинами, в частности, пассивным поведением руководства стран ЕС, выраженном в:

  • нехватке средств – власти стран ЕС не спешили выделять финансирование на содержание нелегалов и беженцев;
  • отсутствии согласия по вопросам миграции внутри Европейского союза – не была выработана единая стратегия приема и распределения переселенцев;
  • дефиците подходящего жилья – в отличие от южных стран, в Европе для беженцев необходимы отапливаемые жилые помещения, палаточных городков недостаточно (в Германии для беженцев существуют специальные лагеря);
  • нехватке необходимого человеческого ресурса, в том числе волонтеров, полиции, пограничников, переводчиков и так далее.

Совокупность объективных (вооруженные конфликты, наличие безопасных маршрутов для нелегальной миграции и так далее) и субъективных (отсутствие согласованных действий между странами ЕС, законодательной базы и другие) причин привели к тому, что за январь – конец апреля 2019 года около 206 тысяч 500 человек впервые подали ходатайство о предоставлении им убежища на территории ЕС, что на 15 % больше, чем за аналогичный период 2019 года. Однако, отмечаем тенденцию к незначительному уменьшению количество беженцев.

Численность и динамика роста миграционного потока

По данным Евростата, количество мигрантов в Европе начало увеличиваться еще в 2014 году, впервые за последние 25 лет достигнув показателя в 627 тыс. человек. Исследование международной миграции со стороны ОЭСР зафиксировало еще большие цифры, достигающие 783 тыс. беженцев, прибывших в ЕС в 2014 году.

Настоящий миграционный взрыв произошел в 2015 году, когда, по разным оценкам, в страны Еврозоны прибыло от 1 до 1,8 млн мигрантов.

Например, Евростат и ОЭСР насчитали около 1,3 млн мигрантов, большинство из которых (25%) были выходцами из Сирии, Афганистана (16,5%) и Ирака (12%). В 2016 году ситуация принципиально не изменилась – Евростат насчитал около 1,2 млн прибывших беженцев. Среди наиболее предпочтительных стран для мигрантов традиционно фигурируют Франция, Австрия, Италия, Швеция, Венгрия и Германия.

С начала миграционного кризиса в 2015 году в Германию въехали более 1,3 млн беженцев: в разгар кризиса (до конца 2015 года) в стране оказалось 890 тыс. соискателей убежища, в 2016 году – 350 тыс., с начала 2017 года – еще порядка 100 тыс. человек.

Узнать больше о беженцах и их жизни в Германии можно здесь.

Однако объективность указанных цифр вызывает большие сомнения у экспертов: официальными ведомствами предоставляется статистика, учитывающая лишь мигрантов, официально просящих об убежище или зафиксированных европейскими миграционными органами. В реальности же численность мигрантов, оказавшихся в ЕС незаконно, может оказаться гораздо выше. Это и является причиной расхождений в оценках от разных ведомств.

О том, как получить убежище в Германии, читайте в нашей статье.

В зависимости от ситуации в странах исхода беженцев структура миграционных потоков может существенно измениться. Например, в 2017 году нормализовалась ситуация с военными конфликтами на территории Сирии, которая являлась до этих пор самым крупным «поставщиком» беженцев. В связи с этим число мигрантов в Евросоюзе из Сирии в 2019 году должно существенно уменьшиться, но их место могут занять переселенцы из африканских стран.

Миграционный кризис в Европе. Досье

Статистика

В 2014-2015 годах Европа столкнулась с наиболее серьезным за последние десятилетия миграционным кризисом. Европейские страны захлестнула волна нелегальных мигрантов из государств Африки и Ближнего Востока. Если в 2000-2010 годах в Европу нелегально приезжало по 20-25 тыс. человек в год, то в 2014 году, по данным МОМ, в Европу прибыли 900 тыс. человек, в 2015 году – 1,048 млн человек (по данным Агентства ЕС по контролю границ Frontex, 1,8 млн).

Основной поток шел из Сирии и Афганистана, значительную долю составили выходцы из Ирака и Ливии. Примерно 25% прибыли из африканских стран (Эритрея, Судан, Южный Судан, ДР Конго, Сомали, Мавритания, Марокко, Тунис, Алжир, Мали, Нигерия, Камерун, Габон). В 2016 году количество прибывших на континент мигрантов и беженцев сократилось до 390 тыс., в 2017 году в Европу прибыли 186 тыс. 768 мигрантов и беженцев, с начала 2018 года – 56 тыс. 309 (по морю – 44 тыс. 957, по суше – 11 тыс. 352).

В целом, по данным Европейской комиссии (ЕК), с 2015 по июнь 2018 года в страны ЕС прибыло более 1,6 млн нелегальных мигрантов.

Основные причины

Причинами увеличения миграционного потока в Европу стали события в арабском мире в 2010-2011 годах (“арабская весна”) и последовавшая за ними внутриполитическая дестабилизация в ряде стран Северной Африки, Аравийского полуострова и Ближнего Востока. Прежде всего это войны в Сирии и Ливии, расширение деятельности террористической группировки “Исламское государство” (запрещена в РФ) в Сирии и Ираке, осложнение ситуации с обеспечением безопасности в Афганистане вследствие активизации талибов (двжиение “Талибан” запрещено в РФ), а также усугубление социально-экономической условий в ряде стран южнее Сахары.

Другой причиной увеличения масштабов миграции стало расширение сети криминальных организаций, занимающихся контрабандой людей. Только в 2015 году, по оценкам Европола, услугами контрабандистов воспользовалось более 90% нелегальных мигрантов, прибывших в Европу, прибыль криминальной сети составила от €3 млрд до €6 млрд. Основным плацдармом для переправки нелегальных иммигрантов в ЕС является Ливия.

Основные маршруты нелегальной миграции

По данным миграционных служб европейских стран, часть иммигрантов прибывает в Европу по туристическим визам или поддельным документам, другая – через нелегальные каналы, пересекая границы без документов. Они перебираются в Европу несколькими путями, в основном через Средиземное море. Один из них – из Северной Африки на Пиренейский полуостров – в Испанию, затем во Францию и Италию (западно-средиземноморский маршрут), второй – в Италию и на Мальту (центрально-средиземноморский маршрут).

Еще один путь – из Турции в Грецию и Болгарию, оттуда по западно-балканскому коридору (через Албанию, Боснию и Герцеговину, Черногорию, Сербию и Македонию) в Словению и Венгрию, а затем в Германию, Австрию и Швецию (восточно-средиземноморский). Наибольшее количество нелегалов, прибывающих на континент, скапливаются на территории Италии и Греции.

Трагедии и операции по спасению

Эксперты затрудняются назвать точное число погибших при попытках добраться до Европы. О первых жертвах средиземноморского трафика мигрантов заговорили еще в 2000 году. В 2012 году в Средиземном море утонули около 500 человек, в 2013 году – 600 человек, в 2014 году эта цифра увеличилась до 1,5 тыс., в 2015 году – до 3,8 тыс. человек. В 2016 гожу, по данным МОМ, при попытке проникнуть на территорию Европы через Средиземное море погибли или пропали без вести 5 тыс. 143 человека, в 2017 году – 3 тыс. 116, с начала 2018 года – 972 человека.

Для предотвращения гибели людей в Средиземном море итальянское правительство еще в 2013 году запустило программу Mare Nostrum, в которой были задействованы итальянские военные корабли и авиация. В 2014 году на смену ей пришли общеевропейские программы “Тритон” и “Посейдон”.

В июне 2015 года стартовала военно-морская операция по спасению мигрантов EUNAVFOR Med, в сентябре того же года она получила название “София”. 7 октября 2015 году по решению ЕС начался ее второй этап, который предполагает задержание и проверку подозрительных судов. В августе 2016 года сообщалось, что за время ее действия были спасены более 25 тыс. человек (в том числе 1,2 тыс. детей) и нейтрализованы более 180 судов. 25 июля 2017 года Совет ЕС продлил мандат операции до 31 декабря 2018 года.

План расселения беженцев

В мае 2015 года ЕК предложила ввести квоты на прием мигрантов для всех 28 стран Евросоюза. В июне страны сообщества договорились добровольно разместить 40 тыс. беженцев. А в сентябре ЕС принял план расселения в течение двух лет еще 120 тыс. человек из лагерей беженцев в Италии и Греции. Однако впоследствии Чехия, Венгрия, Румыния и Словакия отказались от приема беженцев. В связи с этим в сентябре 2017 года ЕК предложила новую схему распределения – 50 тыс. человек в течение двух лет – до октября 2019 года. На эти цели ЕС выделил €500 млн.

В настоящее время по квотным схемам из средиземноморских стран по территории остальных участников сообщества расселено только около 35 тыс. человек, то есть около 2% из 1,6 млн нелегальных мигрантов, прибывших в страны ЕС с 2015 по июнь 2018 года.

Сотрудничество ЕС и Турции

В ноябре 2015 и марте 2016 года ЕС достиг соглашения по проблемам мигрантов с Турцией, где скапливается основной поток направляющихся в Европу беженцев. Оно предусматривает обмен нелегальных мигрантов на сирийских беженцев, получивших статус в Турции, по принципу один на одного: нелегальные мигранты будут возвращены в Турцию, а легальные сирийские беженцы будут переселены в ЕС. Нелегалов-несирийцев Турция должна возвращать в их страны.

В соответствии с договоренностями ЕС пообещал Турции €6 млрд – двумя частями по €3 млрд – финансовой помощи и активизацию переговоров о вступлении в ЕС. В середине июня 2017 года еврокомиссар по миграции, внутренним делам и гражданству Димитрис Аврамопулос заявил, что Брюссель в полном объеме выполняет свои обязательства перед Анкарой, которой он уже перевел в рамках миграционной сделки €2,9 млрд из обещанных до €3 млрд (€1,57 млрд уже освоены – на эту сумму подписаны контракты, направленные на оказание помощи сирийским беженцам на территории Турции). На территории Турции в настоящее время находятся более 3,5 млн беженцев.

Меры по сдерживанию миграционного потока в странах ЕС

В ответ на кризис правительства практически всех европейских стран ужесточили миграционные нормы – сократили сроки пребывания кандидатов на получение статуса беженцев, снизили размеры пособий, усилили карательные механизмы по выдворению нелегальных иммигрантов за пределы единых европейских границ. Наплыв переселенцев поставил под угрозу соглашение о свободном передвижении в пределах Шенгенской зоны.

В связи с обострением миграционной обстановки в 2015-2016 годах контроль на отдельных границах временно вводили восемь стран – Германия, Австрия, Словения, Венгрия, Швеция, Норвегия, Дания, Бельгия. В марте 2016 года Словения и Хорватия в координации с Сербией и Македонией (не входят в ЕС) закрыли для беженцев проходящий через них балканский маршрут. Ранее власти этих государств неоднократно объявляли о сокращении квот на предоставление убежища.

Новая волна. Как Европа пытается решить миграционный кризис

Миграционный кризис длится в Европе несколько лет, но только теперь он стал по-настоящему ключевым вопросом для будущего Евросоюза (ЕС). Цифры свидетельствуют: пик кризиса пройден. Он пришелся на 2015–2016 годы, а сейчас наблюдается явный спад переселенческой волны.

Спустя два года после пика кризиса миграция наконец стала внутриполитической проблемой. В Германии, Австрии и Италии значительно укрепились антимигрантские партии, а их представители пришли к власти. Новая власть намерена по-новому решать проблему переселенцев.

Когда началось большое переселение

Нынешнюю волну миграции нельзя назвать первой. Предыдущее переселение народов произошло во время Второй мировой войны. Военнопленные и гражданские интернированные, депортированные и эвакуированные, остарбайтеры и беженцы, перемещенные лица и политические эмигранты были обычным делом для сороковых годов прошлого века.

Адольф Гитлер намеревался обогатить Третий рейх переселением в страну миллионов этнических германцев. Он также планировал «систематизировать» население прочих территорий, которые будут работать на немцев: речь шла об этнических чистках, массовых убийствах, насильственных переселениях и создании национальных анклавов.

Несмотря на завершение войны, разделение мигрантов на категории продолжалось довольно долго. Фактически оно длилось до нынешнего миграционного кризиса, когда стремления к свободе в одних странах, государственное насилие в других, гражданские войны в третьих и отчаянное экономическое положение в четвертых вызвали массовое бегство людей из постоянных мест проживания.

Характерная для сороковых годов «война» терминов ушла в прошлое. Теперь перемещения принято называть одним словом — «миграция».

Возможно, в этом отчасти заключается проблема современного европейского переселенческого «цунами». Страны первого приема иностранцев не хотят видеть в таких людях ни политических эмигрантов, ни беженцев от вооруженных конфликтов, ни экономических переселенцев. Слишком много приехало людей, слишком велика нагрузка на социальные службы и государственные структуры, чтобы разбираться с терминологией.

Как реагирует Европа

Миграция разделила Европу. На сегодняшний день можно выделить четыре группы стран, каждая из которых занимает особую позицию по этому вопросу.

Одни члены Европейского союза придерживаются демократического подхода и по-прежнему считают, что свобода передвижения — это фундаментальная ценность современного мира. В соответствии с этим такие страны убеждены, что должны ответственно действовать в отношении людей, ищущих лучшей доли. К этим странам относятся самые богатые в Евросоюзе Германия и Франция. Их позицию в общем и целом разделяют Испания и Португалия.

Другие считают, что с них довольно, они «напринимались», а Европа от приезжих трещит по швам. Это диаметрально противоположное мнение характерно для не самых богатых государств — Италии, Греции и бывших стран соцлагеря.

Но в этой группе есть различия. Если Италия и Греция апеллируют к европейским структурам с просьбой разрешить создавшуюся ситуацию и ждут саммитов, подобных тому, что пройдет в Брюсселе на этой неделе, то Венгрия или Польша действуют иначе. Они самостоятельно строят заграждения и принимают национальные законы, которые идут серьезным образом вразрез с политикой ЕС.

Третья группа не затронута проблемой напрямую. Такие государства призывают выработать разумные правила, среди которых квоты для приема мигрантов каждым из членов ЕС.

Здесь активны европейские «карлики», такие как Люксембург в центре Европы или Норвегия на севере. Они понимают, что им не придется принимать слишком много. Впрочем, даже в этих странах уже успела поселиться существенная доля мигрантов.

Наконец, четвертые отмалчиваются, понимая, что не являются целью современной миграции. Их экономическое положение, культурные и политические отношения не кажутся людям из Сирии, Ливии, Афганистана или Нигерии привлекательными. К этой группе можно отнести Румынию.

Что изменилось

С января по сентябрь 2015 года в государствах, входящих в ЕС, зарегистрировали более 700 000 людей, ищущих убежище. Всего за 2015 год в Евросоюз прибыло, по разным оценкам, от 1 млн до 1,8 млн беженцев и нелегальных мигрантов. Для сравнения: в 2014 году их было около 280 000 человек.

С 1 января по 12 ноября 2017 года в Европу въехало в общей сложности 157 020 мигрантов и беженцев. Все это не радует Италию, которая первой принимает основную массу людей, пересекающих Средиземное море в поисках новой родины. По данным Международной организации по миграции (МОМ), входящей в структуру ООН, Италии достается почти 75% всего потока беженцев, следующих в Европу.

На фоне новых тенденций европейцам вспоминаются старые драмы. Италия и Мальта в середине июня отказались принять судно Aquarius, которое спасло 629 человек.

Для людей, помнящих историю, такое решение выглядело повтором событий 1939 года, когда лайнер «Сент-Луис» безуспешно пытался спасти от Гитлера 930 еврейских беженцев. Корабль так и не получил возможности войти в порты США и вернулся назад в Европу.

В итоге мигрантов разделили европейские страны: почти 300 пассажиров того «плавания обреченных» высадились в Великобритании, более двухсот — во Франции, остальные попали в Бельгию и Нидерланды. Словно в продолжение той истории в 2018 году Испания протянула беженцам руку помощи и приняла Aquarius.

Новые стены между странами

Недоумение европейцев вызывает политика венгерского премьер-министра Виктора Орбана. Осенью 2015 года он распорядился установить заграждения на пути пеших мигрантов с юга материка.

Страны ЕС впечатлились кольцами колючей проволоки, которыми обычно огораживают тюремные зоны. И это была та самая Венгрия, которая в 1989 году «не заметила», как сотни граждан ГДР, приехавших в страну, стали переходить венгеро-австрийскую границу, чтобы бежать от опостылевшего социализма, а потом «заметила» их и вообще демонтировала пограничные заграждения.

Тот исход стал прологом к падению Берлинской стены и объединению Европы. Теперь же Венгрия сама сооружает стены в Европе, избавившейся от границ и таможенного контроля. Ни Германия, ни Франция не могут согласиться с такой политикой Орбана.

На общеевропейском саммите 28–29 июня в Брюсселе руководителям стран ЕС будет о чем поговорить. Способны ли они принять всех устраивающее решение? Каким может это решение быть?

Вариант решения: залить все деньгами

В последнее время звучит несколько предложений: установление квот для стран Европейского союза, равномерное распределение прибывших по всем членам ЕС; продолжение финансовой помощи Турции как государству первой линии приема мигрантов, но лежащее за пределами ЕС; создание лагерей для приема тех, кто может рассчитывать на европейскую помощь в государствах-транзитерах.

Вполне вероятно и изменение Дублинского соглашения от 1990 года. Этот документ возлагает ответственность за рассмотрение вопроса о предоставлении убежища на страну, чью границу изначально пересек беженец при въезде в Евросоюз.

Еще один метод — финансовая помощь странам Северной Африки, среди которых Алжир, Египет, Ливия, Тунис, Нигер и Марокко, в обмен на сдерживание притока беженцев в ЕС. Эффективная помощь этим странам в налаживании экономики и установлении политической стабильности интересна в первую очередь Франции, для которой многие страны Африки являются бывшими колониями.

Впрочем, выиграть от подъема африканских стран могут все: в теории, если местная экономика не будет выдавливать людей на обочину, местным жителям не придется бежать в Европу в поисках лучшей жизни.

Другое дело — меры в отношении сирийских или афганских беженцев, чье будущее на родине под угрозой и выгоду от поддержки которых можно будет ощутить только по прошествии многих лет. Судя по всему, вопрос денежной помощи Сирии или Афганистану на повестке сейчас не стоит.

Почему решения не существует

Так или иначе брюссельский саммит не сможет устранить главную причину современной миграции: Европа живет лучше, чем третий мир. В условиях развития транспортных коммуникаций и стремительных информационных обменов неизбежно растет массовое желание лучше жить. В таких условиях Европа еще долго будет магнитом, притягивающим людей со всего мира.

Пример европейского устройства социальных и политических институтов вдохновляет все новые и новые сотни тысяч людей собираться в дорогу.

Что ждет континент после столь значительных трансформаций? Миграция всегда затрагивает три стороны: самого мигранта; государство, которое его отпускает, и государство, которое его принимает. Мигрантам придется менять всю привычную жизнь: учить новый язык, обретать непривычную профессию, вливаться в жизнь по новым правилам.

Государству, которое отпустило мигранта, нужно думать о собственной экономике и социальной стабильности. Если такое государство хочет продолжать существовать, то ему придется останавливать войны.

Ну а государству, которое принимает мигранта, то есть современной Европе, нужно много и упорно работать, чтобы прибывшие стали его подлинными гражданами, получили шанс стать счастливее и использовали его по назначению.

Миграционный кризис в Европе: изменения есть, но до завершения далеко

Что изменилось за год после пикового момента «великого переселения»?

08.09.2016 в 15:27, просмотров: 6616

Прошел почти год, как Европа пережила самый острый период миграционного кризиса. По свежим данным Pew Research, число тех приезжих, которые искали убежища в европейских странах в 2015 году, достигло рекорда в 1 млн 300 тыс человек. Как уточняет агентство, это вдвое больше показателей 1992 года – времени, когда распался СССР и рухнул «железный занавес». Несмотря на то, что приток тех, кто претендует на убежище в ЕС, в 2016 году значительно меньше, миграционный кризис далек от своего завершения.

Евростат сообщает, что в первом квартале этого года количество просителей убежища (287 100) увеличился на 50% по сравнению с тем же периодом 2015 года, однако снизился на 33% по сравнению с четвертым кварталом 2015 года, на который пришелся пиковый момент притока переселенцев из стран Ближнего Востока и Северной Африки. Как уточняет Евростат, в первом квартале у государств Евросоюза просили убежища люди из 150 стран. На первом месте, разумеется, – сирийцы, иракцы и афганцы по 102 тыс, 35 тыс и 34 тыс заявок соответственно. Самой желанной для приезжих страной продолжает оставаться Германия.

«Миграционный кризис продолжается и будет продолжаться, – поясняет «МК» руководитель Центра германских исследований Института Европы РАН Владислав Белов, – потому что не устранены причины, которые побуждают сотни тысяч граждан Северной Африки – Ирака, Афганистана – нелегально пересекать границу с Европой. Можно констатировать, что сама причина не устранена. Соответственно, Европа борется с последствиями, а не с причинами. Это первое. Во-вторых, за прошедший год и ЕС, и другие страны предприняли конкретные шаги в решении последствий этого кризиса. Приняты соответствующие программы, позволяющие странам постепенно интегрировать ту часть нелегалов, которые соответствуют предъявляемым требованиям в рамках ЕС и в рамках национальных юрисдикций, и высылать тех, кто этим требованиям не соответствует. Заключено соглашение с Турцией, инициированное Германией, от марта 2016 года. Худо-бедно оно действует, несмотря на отказ ЕС вводить безвизовый режим, несмотря на отказ Турции менять внутреннее законодательство по борьбе с терроризмом. Тем не менее, это фактор, который смягчил ситуацию.

Предприняты меры по защите внешних границ. Реформировано агентство «Фронтекс». Сейчас действует новое ведомство. Соответственно, усилился контроль за передвижением морских судов или других плавательных средств, на которых передвигаются нелегалы. Это качественно отличает ситуацию от конца лета 2015 года, когда ни ЕС, ни отдельно взятые страны были абсолютно не готовы к наплыву беженцев. Лидером миграционной ЕС, на мой взгляд, является Германия. Она пытается проводить единую европейскую политику по приему беженцев, в первую очередь, с точки зрения квотирования, равномерного распределения мигрантов по всем 27 (плюс одна страна – Великобритания, но она все равно будет выходить из ЕС). Здесь мы видим абсолютный провал этой политики».

Наиболее неприветливыми по отношению к беженцам-мусульманам, по данным Pew Research, в Восточной и Южной Европе стали Венгрия, Италия и Польша, а также Греция, которая стала европейским местом «высадки» приезжих, прибывающих по морю. Швеция и Германия являются, пожалуй, единственными странами, где большинство жителей говорит, что беженцы делают страну сильнее из – благодаря новой трудовой силе. Там опасения по поводу связи беженцев и связанного с ними уровня преступности гораздо менее распространены.

«Страны Вишеградской группы не согласны с Германией по поводу беженцев, как и страны Прибалтики. Здесь иной политики мы не наблюдаем, – добавляет Владислав Белов. – Однако на уровне отдельных государств есть достаточно видимые успехи. Это и скандинавские страны, и сама Германия, которая приняла поправки к соответствующему закону. Принят план, который, с одной стороны, предусматривает интеграцию граждан-нелегалов, с другой стороны – высылку в том случае, если они не согласны и не следуют нормам, указаниям и требованиям, которые существуют в стране. Есть известное заявление канцлера Германии Ангелы Меркель, которое она сказала почти год назад, – «мы с этим справимся». За это Меркель лично как лидер Германии и ЕС находится под жесткой критикой среди своих коллег по партии, среди оппозиции. Считается, что Меркель не просчитала всех последствий того, что она фактически дала зеленый счет той волне беженцев, которые пришли в Европу осенью 2015 года.

Ситуация в плане инструментов и механизмов, которые есть на уровне Европы и отдельных стран, качественно отличается от 2015 года. Но с точки зрения причин этого кризиса, мало что изменилось. ЕС не удалось разработать план, который бы воздействовал на ситуацию там, где она зарождается. Я имею в виду те причины, которые заставляют граждан в массовом порядке создавать новые пути «великого переселения народов». Это основной вывод за год».

Приток беженцев в Европу занял видное место в антииммигрантской риторике почти всех правых партий в Европе и в дискуссии по поводу решения Великобритании выйти из Европейского союза. Как показывает исследование центра Pew, кризис беженцев и угроза терроризма очень сильно связаны друг с другом в сознании многих европейцев. В восьми из десяти европейских стран, чьи жители участвовали в опросе, половина или больше считают, что приезжие увеличивают вероятность террористических атак в стране. Однако терроризм не является единственной проблемой, которая волнует людей в связи с беженцами. Многие из них также обеспокоены тем, что они будут экономическим бременем.

Однако, по мнению опрошенного «МК» эксперта, мнение отдельных стран на государственном уровне за прошедший год не изменилось. «Есть четкое понимание, что это нелегалы, что они нарушают законодательство, что нет возможности закрыть границы, – поясняет Владислав Белов. – Вы не можете топить суда, вы не можете расстреливать людей, которые перелезают через колючую проволоку. Это нелегалы, это граждане, которые нарушают законодательство и пересекают границу вопреки существующему закону. Сейчас есть более четкое понимание, как их интегрировать. Есть также понимание необходимости ужесточения норм и правил, на которых эти нелегалы принимаются в этих государствах. Есть видение картины действий на уровне государств и будущего взаимодействий, хотя до конца вопрос не решен.

Если говорить об изменениях на уровне отдельных граждан, то не надо особых алармистских рассуждений, не надо приводить примеры отдельно взятых нелегалов, которые совершили теракты, если мы берем Германию и Бельгию. В целом толерантность общества не изменилось. На уровне небольших городов, общин, там, где и возникают проблемы взаимодействия между местным населением и нелегалами, конечно, отношение меняется. Я не скажу, что это антимигрантские настроения, но требования граждан к государству в вопросе безопасности возрастает, растет нетерпимость к нарушениям криминального характера, нарушениям общественного порядка. Наверное, за год такое отношение объективно меняется.

В целом, на примере Германии скажу, что уровень толерантности немецкого населения и немецких граждан к нелегалам очень высокое. Не стоит преувеличивать роль мигрантов в росте радикальных настроений. Потому что можно спекулировать на партии «Альтернатива для Германии», которая набирает большое количество голосов. Она обеспечивает комплексную критику народных партий и выражает протест против отсутствия прогресса в решении конкретных проблем в хозяйственном, политическом и общественном дискурсе – не только в отношении мигрантов. В любом случае и «Пегида», и «Альтернатива» критиковали миграционную политику бывшего коалиционного правительства за два года до наступления этих событий. Протестные настроения – это здоровая реакция общества на отсутствующие конкретные реформы и не надо их путать с радикализацией самого общества. Если нет каких-то малых партий, которые способы жестко выразить такие протесты, то эти настроения подхватываются протестными партиями».

Сама Меркель недавно признала ошибки в миграционной политике ФРГ. По ее словам, немцы слишком долго игнорировали существование такой проблемы, как мигранты. «В сентябре на федеральном уровне будут видны потери Меркель, которая находится на нижней точки своей популярности, – считает Владислав Белов. – На мой взгляд, в 2017 году много что произойдет. По крайней мере, коалиция начинает отыгрывать у оппозиции определенные ниши, где она жестко действует в отношении мигрантов».

Источники:

http://tass.ru/info/5336277

http://www.forbes.ru/biznes/363771-novaya-volna-kak-evropa-pytaetsya-reshit-migracionnyy-krizis

http://www.mk.ru/politics/2016/09/08/migracionnyy-krizis-v-evrope-izmeneniya-est-no-do-zaversheniya-daleko.html

http://ndskalkulyator.ru/nds-v-germanii/

Ссылка на основную публикацию